Молния на льду

Бывает так, что противник явно идет на грубый прием. Тут хорошо проверяются характеры. Первый порыв — немедленно ответить тем же, расквитаться. В результате судья отправляет на скамью оштрафованных обоих. А можно и извлечь пользу для своей команды из грубости противника: сдержаться. На скамью поедет один, а команда обиженного останется в большинстве и, вполне возможно, забьет гол. Это и будет самым чувствительным наказанием грубияну. Канадец Ленардон мстил шведу, а тот не потерял самообладания. Шведы, использовав преимущество, повели в счете, а затем и выиграли матч.

Да, с грубостью в хоккее сталкиваться приходится. Правда, на шведском чемпионате, так же как и на швейцарском, где я был за два года до этого, все обстояло более или менее благополучно: страсти кипели, но не выкипали наружу, как это бывает с молоком.

А вот на прошлой зимней Олимпиаде в Скво-Вэлли были неприятные инциденты. Канадцы в первом же своем матче устроили откровенную драку, в результате которой получили травмы два шведских хоккеиста. Как видно, они намеревались устрашить всех остальных противников. Ничего у канадцев не получилось. Ни золотых медалей, ни доброй славы не увезла домой эта команда.

17 марта, воскресенье, последний день чемпионата.

Поздно вечером этого дня, когда все кончилось, чего только не говорили! Володя Юрзинов заявлял, что он верил в этот день, потому что... его номер 17-й. Борис Майоров рассказывал такую историю. Перед матчем с канадцами он вышел на улицу пройтись и незаметно для себя принялся насвистывать. И вдруг вспомнил, что ту же самую песенку он напевал, собираясь на решающий матч прошлогоднего первенства страны, когда его «Спартак» стал чемпионом. Это было, несомненно, доброе предзнаменование. У Славы Старшинова нашлось свое объяснение: сестра дала ему в дорогу счастливый сувенир. Но все это говорилось в те минуты, когда ничто уже не стесняло и не тревожило, когда радость победы захлестывала и можно было позволить себе и шутку и преувеличение и вообще все было простительно. Но это — вечером...

А утро того дня, хотя и солнечного, хотя и пахнущего весной, казалось хмурым, и тонкие длинные облака напоминали морщины на лбу задумавшегося человека. Перед решающим матчем всегда волнуешься и нервничаешь, это в порядке вещей. Но тут к естественному беспокойству прибавилась самая прозаическая арифметическая задача. Да еще не одна. И у нас, журналистов, и у хоккеистов столы в комнатах были завалены листами бумаги с подсчетами всевозможных вариантов. Последний день борьбы, до того как хоккеисты вышли играть, был весь разграфлен и пересчитан.

Бумага — и лед!

Повторим ту стокгольмскую задачку от 17 марта 1963 года.

Вот сколько очков имели перед этим днем команды «Большой четверки» (берутся только их игры между собой): Швеция — 4, СССР — 2, Чехословакия — 1, Канада — 1.

Должны еще состояться матчи: Швеция — Чехословакия и традиционный последний — СССР — Канада. Только Швеция и СССР имеют шансы на первое место. Шведам достаточно взять очко, т. е. сыграть вничью. Для нашей победы нужно, чтобы, во-первых, шведы проиграли, а во-вторых, чтобы сборная СССР победила Канаду. Но тогда у Швеции и СССР — по 4 очка. Кто же чемпион? Тут выходит на сцену пятый неизвестный. Начиная с тех времен, когда в хоккее воцарилась «Большая пятерка», существовало правило: если две команды наберут одинаковое число очков, то преимущество отдается той, у которой лучшая разность забитых и пропущенных шайб с учетом встреч между собой первых пяти команд. А эту таинственную пятую в то утро никто не знал, ее должен был определить третий матч этого дня — ГДР— США. Скромный утренний матч, который при других условиях должен был пройти незамеченным, теперь мог решить судьбу чемпионата.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26