Без мотора — под облака

Планер. Так называют этот летательный аппарат, которому современная авиация обязана всем. Он тяжелее воздуха, без двигателя и летать как будто бы не должен. А он летает. Точнее сказать, парит. Недвижно распластав свои крылья, плавно скользит он над медленно проплывающей внизу землей, над лесами, оврагами, холмами. Планеристы в один голос говорят, что в полете возникает ни с чем не сравнимое чувство радости от неторопливого движения и необозримых просторов, раскинувшихся под крылом машины.
Встречный поток воздуха омывает необычно длинные узкие крылья и создает на них подъемную силу. Так же, как и у самолета.
Но самолет тащит или толкает вперед двигатель. У планера его нет, и движение вперед придает ему... сила тяжести. Та самая сила тяжести, которая толкает с горы санки. И планер, как сани, тоже скользит с горы, только невидимой, воздушной. И чем длиннее эта горка, тем дольше полет.
Но если горку для саней «построила» природа, то горку планеру делает он сам — длиной и профилем крыла, обтекаемостью корпуса, тем, что планеристы называют аэродинамическим качеством — К. У современного рекордного планера К = 40—50. Это значит, что если его поднять на высоту 2 километра, то место посадки от старта будет находиться на расстоянии 2 х 50 = 100 километров. Ничего себе горочка! С нее можно катиться по прямой 3—4 часа. Это немало. Но планеристы ухитряются держаться в воз: духе по многу часов. Например, Герой Советского Союза, летчик-испытатель П. Сухомлин однажды продержался в воздухе 38,5 часа — почти двое суток.
Как это им удается?
Вы, конечно, знаете, что такое ветер. Это движение воздуха над поверхностью земли. Горизонтальное движение. Этот «горизонтальный» ветер и наполняет паруса яхт и швертботов.
Но есть еще и «вертикальный» ветер. Создает его солнце. Нагретый около поверхности земли «легкий» воздух поднимается вверх, а холодный «тяжелый» воздух идет вниз. Ветер «вниз» прижимает планер к земле и сокращает прекрасное время полета. А вот теплый ветер «вверх» — по-научному, тепловой (термический) восходящий поток — главный помощник планеристов. Он, как воздушный «лифт», может поднять планер на большую высоту, на новую горку, с которой и начинается скольжение — планирование.
Планеристы эти «лифты» ласково называют «термиками».
Если планерист хочет полетать подольше, он должен уметь отыскивать в бескрайнем небе эти самые «термики». Верный признак «термина» — кучевые облака. Под ними воздух всегда идет вверх. А в безоблачную погоду «термик» надо искать над нагретым склоном горы или оврага. Или по «туче» комаров, бабочек, по обрывку газеты и даже мусору, поднятому потоком с поверхности.
И как только «термик» найден — скорее к нему. Он поможет забраться ввысь и начать новое скольжение в поисках нового «лифта». Таким вот образом — круто вверх и плавно вниз — и идет весь полет. Как будто бы с горки на горку.
Забираться вверх планер может по прямой и по спирали. Первый способ называется «движение дельфином». Очень похоже на то, как плывет дельфин. А во втором случае планер как будто ввинчивается в небо до тех пор, пока не иссякнет сила «воздушного лифта». Потом выходит из спирали и, постепенно снижаясь, продолжает прямой полет.
Первые планеры появились около ста лет тому назад. Однако есть люди, которые не согласны с этим. Так, например, бельгийский профессор X. Мессиха утверждает, что предмет, найденный в Египте в 1893 году, есть не что иное, как модель планера. Предмет имеет обтекаемую форму и похож на птицу с опущенными крыльями. В хвостовой части фюзеляжа есть вертикальная деталь, напоминающая руль. Ученый построил точную модель «предмета», запустил его, и он... начал парящий полет. Вот так-то...
С постройки планеров и полетов на них начинали почти все наши выдающиеся авиаконструкторы А. Туполев, О. Антонов, С. Ильюшин,
И Главный конструктор советских космических кораблей, академик С. П. Королев, тоже был и планеристом и конструктором планеров. Он создал несколько моделей планеров-парителей и даже «планеролет» — большой грузовой мотопланер. А в 1930 году летчик Степанчонок на планере конструкции С. П. Королева «Красная звезда» выполнил далее петлю Нестерова.
Самым любимым местом у планеристов Советского Союза издавна считается гора Узун-Сырт в Крыму, неподалеку от Коктебеля. Сейчас это место так и называется: Планерское. Там обучались искусству парения тысячи советских планеристов, испытывались сотни моделей планеров.
В те далекие уже времена планеры запускали в небо на веревке, как змей, или «выстреливали», как камень из рогатки, громадными резиновыми растяжками. Планер прицепляли к железной трубе, врытой в землю. В «резинку» впрягались человек сорок и начинали ее натягивать. Тянули, тянули... Потом «зацепку» отпускали — и планер взвивался в небо...
Запуск вообще «больное место» парителя. Чтобы оказаться в небе, ему обязательно нужна помощь со стороны. От самолета-буксировщика, от той же резиновой «рогатки»... И всегда запуск с такими помощниками — дело хлопотное. Пока буксировщик «вытащит» в воздух десяток планеров, и погода переменится, да и вечер настанет. А вечером какие полеты ?!
Много лет планеристы и конструкторы пытались найти выход. А выход был только один: поставить на планер легкий бензиновый двигатель с винтом. Так и сделали. Сейчас в мире насчитывают более пятисот мотопланеров, которые сами забираются в небо. После подъема пилот останавливает двигатель, мотопланер становится просто планером и начинает свой бесшумный удивительный полет.
Соревнования по планерному спорту проводят на дальность, время и точность полета. Маршрут полета может быть кольцевым, когда планерист должен прилететь туда, откуда стартовал, или «открытым», от пункта А до пункта Б.
Сейчас советским планеристам принадлежит восемь мировых рекордов из тридцати двух.
Парящий полет — целая наука, у которой много «секретов». Рассказывать о них мы вам сейчас не будем. Подрастите еще немного и идите в аэроклуб.