Маршрут в завтра
А сейчас? Не повторяю ли я свои старые ошибки? Видимо, повторяю, раз до сегодняшнего дня я не пытался всерьез проанализировать, почему между мною и моим помощником существуют преграды, которые мне не удается преодолеть.
Когда Климов начинал, он был великолепным полусредним, исключительно результативным. Когда же я заставил его, изменив игровое амплуа, стать центральным разыгрывающим, он в какой-то мере утратил свою бросковую мощь из-за того, что взял на себя функции диспетчера, думал за других, вел за собой партнеров, отказываясь от сольных партий. Думаю, что это тоже повлияло на наши взаимоотношения. Уверен, что Климов в глубине души не простил мне того, что раньше, когда был полусредним, он забивал по 7—8 мячей, а став центральным разыгрывающим, лишь 3—4. Да, специалисты, конечно, понимали, что сборная команда СССР выигрывает в значительной мере благодаря дирижерскому искусству Климова. Но ведь любой спортсмен, что бы мы ни говорили, больше всего ценит ту радость, которую дарит забитый гол.
Юрий Михайлович никогда не говорит мне об этом, но я чувствую, как жаждет он, чтобы с Демидовым не произошло то же, что и с ним. Поэтому так бережно сохраняет он в Сергее достоинства нападающего — жажду риска, оригинальные броски, атакующий порыв. И исподволь, не спеша приобщает его к искусству гандбольного дирижера.
Все это промелькнуло в моем сознании за те часы, в течение которых я готовился к продолжению нашего спора с Климовым. И хотя теперь я лучше понимал, почему он горой стоит за Демидова, начиная этот трудный разговор, я все же первым делом спросил его:
— Ну почему, Юрий Михайлович, ты так держишься за Демидова?
— Да разве не ясно, почему? — ответил он. — Потому что за Демидовым будущее, потому что это гандболист нового типа, потому что именно такие, как он, двигают спорт вперед. И разве нужно было из кожи лезть вон, чтобы выиграть встречу, которая нам ничего не давала? Пускай бы Демидов действовал, как ему хотелось. Ведь через год-другой он наверняка станет лидером сборной!
Я слушал Климова и думал: все, что он говорит, — это, конечно, правда, только правда, но... не вся правда. Поэтому, возражая ему, сказал о том, о чем он не упомянул:
— Но ведь матчи с командой ГДР — и ты это прекрасно знаешь, — после наших поражений на Московской Олимпиаде и на «Дружбе» всегда выходят за рамки обычных игр, где иногда действительно можно позволить игрокам раскидывать мячи, кто как хочет.
Сейчас наша главная задача — создать новую сборную. Отсюда следуют и частные — повысить класс отдельных спортсменов, в том числе и Демидова. Делать же сегодня ставку на Сергея — слишком большой и неоправданный риск. Весь мой опыт против этого.
Я вспоминаю молодого Юрия Климова, который, выступая за команду «Буревестник» (Тбилиси) против югославского «Медведчака» в четвертьфинале розыгрыша Кубка европейских чемпионов, за 17 секунд до конца игры решил забить еще один гол, хотя студенческая команда уже выигрывала те 8 мячей, которые необходимы были «Буревестнику», чтобы попасть в полуфинал. Бросок Климова пришелся в штангу, мяч подхватили югославы, и гол влетел в ворота «Буревестника». А в полуфинал вышел «Медведчак»... Всему свое время. Демидов — я тоже убежден в этом — еще пока жет себя, если мы убережем его от лишних ошибок сегодня...
Да, разговор состоялся не из приятных. А через сутки мы должны были выступать в финале. Я не обольщался, что мне удалось переубедить Климова. Если бы все проблемы можно было решить в одном разговоре! А вдруг я и в самом деле несправедлив к Демидову? Нет, конечно. Но, вероятно, надо отнестись к нему внимательнее, гораздо внимательнее.