Аргентинский зигзаг

Бразильский четверной турнир окрещен «Малым кубком мира». По первоначальному проекту в нем должны были участвовать сборные Бразилии, Италии, СССР и Англии. Турнир потерял свое значение после того, как итальянцы отказались от участия, а в самый последний момент советская команда неожиданно получила сообщение, отменявшее первоначальное приглашение. Вспомнив недавние события в Бразилии, читатель легко догадается, что решение Бразильской конфедерации спорта вызвано отнюдь не спортивными соображениями и было вынужденным. В турнире участвовали команды Бразилии, Англии, Аргентины и Португалии.
Но турнир принес настолько сенсационные результаты, что появилась надобность разобраться в нем. В самом деле, неужели сюрпризы «Малого кубка» объясняются одной лишь случайностью? Не отражают ли они перемены в соотношении сил и сдвиги в развитии футбола?

***
Пылкое воображение любителя футбола придавало Бразильскому четверному турниру привлекательность не меньшую, чем «матчу века», сыгранному прошлой осенью на стадионе «Уэмбли» в Лондоне. И лондонский матч и бразильский футбольный фестиваль носили юбилейный характер. Первый превратил столетие английской футбольной ассоциации в событие всемирного спортивного масштаба. В этом был смысл: англичане — родоначальники футбола. Второй, посвященный 50-летнему юбилею Бразильской конфедерации спорта, тоже претендовал на глобальный характер — бразильцы остаются пока непревзойденными мастерами той игры, которую придумали англичане. Короче говоря, за юбилеем старших пришел юбилей лучших.
Как бы скептически ни оценивали специалисты спортивное значение «матча века», носившего скорее показательный характер и лишенного, по крайней мере с одной стороны, азарта, присущего турнирам, победа английской сборной подняла ее престиж. Она вселила в сердца организаторов предстоящего чемпионата мира надежды подкрепленные голами Гривса и Пейна. Видимо, и синьор Жоао Авеланж, президент Бразильской конфедерации спорта, инициатор «Кубка наций», уповал на то, что его команда сохранит высокий престиж на перепутье между двумя мировыми чемпионатами. Ему это было особенно нужно в момент, когда корифеи, дважды выигравшие Кубок золотой богини, сошли или сходят с арены по возрасту, а молодежь еще только пробует силы. Впрочем, сборная Бразилии, несмотря на переживаемый ею кризис возраста, почти единодушно считалась абсолютным фаворитом турнира, и вряд ли кто удивился бы, если бы в турнире на своих стадионах она оказалась первой.
Несколько претенциозное название «Малый Кубок мира» не имело под собой сколько-нибудь серьезного основания. Если руководствоваться только мировой классификацией по результатам чилийского мирового чемпионата, то в турнире чемпиону мира противостояли команды, стоящие явно ниже его. Но при оценке футбольной мощи команд обычно не руководствуются официальной турнирной классификацией, зависящей подчас от многих случайных факторов. И специалисты, и любители футбола в таких случаях более склонны доверяться своим впечатлениям и наблюдениям. При всей их субъективности они более широки и всеобъемлющи. К тому же классификация отражает прошедшее, а жизнь идет вперед. Так и произошло при определении состава участников бразильского турнира. Не случайно в первоначальном проекте фигурировала сборная не Аргентины, а Италии — страны, считающейся одной из сильнейших футбольных держав Европы. Однако после побоища на поле стадиона «Маракана» (между «Миланом» и «Сантосом») итальянцы отклонили приглашение на турнир. Вместо них были приглашены аргентинцы.
Спортивное значение турнира не следует преувеличивать. По своему характеру он приближается к товарищеским матчам, хотя счет ведется на очки. Турнир лестно выиграть, но и проиграть не страшно. Таков был девиз участников.
Трудно считать Бразильский турнир этапом непосредственной подготовки к будущему чемпионату мира. Бразильцы, хотя и называли юбилейный турнир крупнейшим футбольным событием, все же рассматривали его только как предварительную разведку и проверку соотношения сил сборных команд первого ранга. Такой же точки зрения придерживались и другие участники турнира. Исключение составляли только аргентинцы, которым не терпится сбросить бразильцев с пьедестала почета и восстановить свою репутацию сильнейших футболистов Западного полушария.
Какие же цели ставили перед собой бразильцы? Весьма неудачная поездка бразильской сборной по Европе убедительно доказала, что с прежней командой им в будущем чемпионате мира не добиться успеха. Они хотели во что бы то ни стало выиграть турнир, понимая, что новая неудача серьезно подорвет их престиж и еще более скомпрометирует шансы на успех в 1966 году в Англии. И они серьезно готовились — провели 20-дневный сбор команды накануне турнира.
Комплектование сборной Бразилии связывается с возвратом к классической бразильской системе 1+4 + 24-4. Чилийский вариант (1+4 + 3 + 3), в котором, как ни говори, оборонительные тенденции преобладали, практически был вызван в сборной Бразилии тем, что знаменитые игроки «середины поля» Зито и Диди, управлявшие обороной и атаками, утратили те качества, которые позволяли им господствовать на середине поля и подключаться то в защиту, то в нападение. Примерно такой же процесс происходил и в ряде ведущих клубных команд Бразилии, где середину поля, как правило, доверяли не молодежи, а опытным, хладнокровным и проницательным игрокам. Диди, Зито и их собратья по клубным командам, утратив скорость, уже не успевали действовать на два фронта — на переднем крае и в тылу. Игра сборной Бразилии на стадионах Европы в 1963 году именно этим и характерна...
Подводя итоги европейской поездке, Авеланж отметил слабую игру среднего звена. То, что с 1958 по 1962 год составляло силу бразильского футбола, превратилось в узкое место. На европейских полях в 1963 году сборная Бразилии строго соблюдала принцип четырех защитников, но вынуждена была усиливать полузащиту, постоянно оттягивая назад одного из нападающих, как это делалось в Чили.
Не лишено интереса любопытное обстоятельство, связанное с борьбой за власть в сборной Бразилии. Айморе Морейра, возглавлявший сборную в Чили, был вынужден выйти из состава комитета, руководящего сборной. Его объявили виновным в провале европейского турне. Оно и в самом деле было неудачным: 0:1 в Португалии, 1:5 в Бельгии, 3:2 во Франции, 0:1 в Голландии, 2:1 в ФРГ, 1:1 в Англии, 0:3 в Италии, 1:0 в ОАР и 5:0 в Израиле. После турне никто не захотел вспомнить, что поездка была задумана как проверка «новой волны». К тому же Морейра, устрашенный неудачами, к концу турне посадил молодежь на скамью запасных и вновь вывел на поле заслуженных ветеранов.
Впрочем, на этот путь вынужден был встать и Феола в ходе Бразильского турнира. И не только по финансовым соображениям, как он утверждал («Публика хочет видеть своих кумиров»), но и потому, что хотел сгладить тяжелое впечатление от европейского турне.
Решительнее оказались аргентинцы, отказавшиеся от ряда прославленных игроков. Сборную Аргентины многие южноамериканские эксперты называли второразрядной. Тем неожиданней оказался ее триумф.
Хосе дель-Амико, фактический руководитель сборной Аргентины, стоял перед сложной дилеммой: на какой профиль ориентироваться — силовой или технический? В Аргентине хватает игроков обоих направлений. Обычно там защита укомплектовывается «силовиками», а нападение — «техниками».
Французский журналист Робер Вернь, побывавший в Аргентине, встречался там со специалистами, раньше тренировавшими европейские команды. Это Гиллермо, Стабиле, Карлос Coca, Рубен Браво, Карлос де Нулле.
«Самое трудное,— единодушно говорили собеседники Верня,— это заставить аргентинских игроков понять роль физической подготовки в современном футболе. Заставьте аргентинца проделывать какие-либо упражнения, не связанные с техникой, например, рывки, пробежки, зарядку, занятия со штангой, и он немедленно взбунтуется. Не менее трудно ему доказать, что футбол — коллективная игра, что нельзя передерживать мяч, что игру надо максимально убыстрять». По словам Верня, аргентинцы считают бразильскую систему загадочной, придуманной их соседями с единственной целью сбить с толку и запутать противника.
Вот почему зарубежные специалисты низко расценивали шансы аргентинцев в четверном турнире.
И все же какая-то тактическая перестройка в аргентинском футболе происходит. Судить об этом можно по изменившейся манере игры таких клубных команд, как «Бока Хуниорс», «Ривер Плейт», «Рэсинг». А в особенности, конечно, по совершенно неожиданной перемене в стиле, которую продемонстрировала аргентинская сборная в Бразильском турнире.
Англичане охотно приняли приглашение Бразильской конфедерации спорта. Их сборная освобождена от участия в отборочном турнире чемпионата мира. Поэтому товарищеские игры с такими квалифицированными соперниками они считали удачей. Тренер английской сборной Альф Рамсей надеялся, что позволит обстрелять молодых перспективных игроков, возможных участников предстоящего чемпионата мира, великолепно дополнит обширную программу международных игр сборной Англии в 1964/65 году. Эта программа, между прочим, включает матчи со сборными Уругвая, ФРГ, Венгрии и Чехословакии.
Любопытны предтурнирные замечания Рамсея о тактике сборной Англии. В матче со сборной мира нашли отражение коренные изменения, происходящие в английском футболе, в частности признание бразильской системы. Англичане решили еще раз испробовать эту систему на полях ее создателей, в борьбе с ними же. «Это ценнейший эксперимент, он покажет, насколько внедрилась и усовершенствовалась у нас в Англии бразильская система»,— говорил накануне турнира Рамсей.
Рамсей избегал прогнозов, однако полагал, что сборная Англии «не ударит лицом в грязь».


Двое против пятерых! Два футболиста миланского клуба «Интернационале» (в полосатых футболках) — Маццола (он с мячом) и Корсо, видимо, казались испанцам столь грозными и опасными, что в борьбу с ними вступили сразу пять игроков мадридского «Реала» (слева направо: Амансио, Фело, Мюллер, Исидро и Зокко). Играется финальный матч на Кубок европейских чемпионов.


Сборная Польши одержала великолепные победы над норвежцами (5:2 и 9:0) и греками (4:0). В Кракове польская сборная нанесла поражение (3:1) национальной команде Ирландии. На снимке: атака ирландских ворот.

***
Теперь о самом турнире.
Самая крупная неудача постигла англичан. И дело не в последнем месте, которое они разделили с португальцами, и даже не в сокрушительном поражении (1:5) от бразильцев, блеснувших первоклассной игрой. Сам по себе счет не точно отражает соотношение класса команд. Конечно, на игре англичан сказались и непривычный климат, и не очень дружелюбное поведение публики, и усталость после девятимесячного сезона, и вызванное ею «отвращение к мячу», на которое сослался тренер сборной Англии после возвращения на родину. Он сказал, между прочим: «К таким экспериментам мы больше прибегать не будем. Они ничего, кроме вреда, принести не могут...» Впрочем, когда команда проигрывает, объяснения всегда находятся. Во всяком случае, можно предполагать, что бразильская система, на которую полностью перешла английская сборная, еще недостаточно ею освоена: в столкновении с авторами она испытания не выдержала.
Но и это не самое главное. Еще за десять дней до начала Бразильского турнира Рамсей считал, что располагает костяком сборной для Лондонского чемпионата мира 1966 года. А сейчас из 18 футболистов, ездивших в Бразилию, только двое или трое признаются годными для игры в будущем чемпионате. Другими словами, . все надо начинать сначала.
Англичане показали неумение преодолевать усиленную оборону, что особенно ясно проявилось в матче с аргентинцами. Другими словами, едва успев воспринять новую тактическую систему, они снова оказались в хвосте событий, не уловив современных тенденций развития футбола. Нынче первоклассная команда должна уметь не только хорошо защищаться и отлично нападать, но и иметь средства для прорыва «железобетонных заграждений». Таких средств у англичан не оказалось. Вот почему в трех матчах они забили только два гола. А ведь англичане располагали отличными форвардами!
Однако неудача англичан не идет ни в какое сравнение с уроном, который потерпели бразильцы. Матч сборных Бразилии и Аргентины, состоявшийся в Сан-Пауло, был центральным событием турнира. Поражение бразильцев на своем поле со счетом 0:3 от сравнительно слабой (по именам) аргентинской команды, да еще после блестящего успеха в игре с англичанами, произвело впечатление разорвавшейся бомбы. Оно ошеломило болельщиков, наказавших своих кумиров массовым отказом посетить следующий матч. Оно ошеломило и специалистов, которые до сих пор никак не могут найти более или менее удовлетворительного объяснения причин поражения. Оно вызвало растерянность у футбольных обозревателей, не нашедших ничего лучшего, как обвинить аргентинцев в том, что они неправильно играют, демонстрируя или негативный, разрушительный, или пассивный, медлительный футбол.
Что же произошло в матче команд Бразилии и Аргентины?
Разгром бразильцами англичан произвел на аргентинцев большое впечатление, и они решили найти действенное противоядие атакующей игре чемпионов мира. Главной целью они поставили выключить из игры Пеле, душу и мозг бразильской команды. Выступавший под номером 11 Мессиано стал, по выражению одного из французских комментаторов, главной пружиной аргентинской западни. Он запер Пеле в клетку персональной опеки. Помимо того, аргентинцы усилили оборону. Дельгадо выступал в роли «чистильщика», полузащитник Варака опекал Ваву, а другой полузащитник — Рендо — тоже чаще действовал в оборонительном плане. Пробиться сквозь этот барьер бразильцы, сразу же начавшие штурм, так и не смогли. Пеле не мог «убежать» от Мессиано и, потеряв самообладание, совершил хулиганский поступок, не замеченный судьей: он ударил своего опекуна головой в лицо. Со сломанным носом Мессиано вынесли с поля. Партнеры были подавлены поступком Пеле, но для того мало что изменилось: вместо Мессиано с таким же успехом его стал сторожить рослый Раттин.
Выдержав штурм, аргентинцы повели игру спокойнее и уверенней. Бразильская команда во втором тайме стала игрушкой аргентинцев. Бразильцы часто ошибались, утеряли согласованность действий и начисто лишились хладнокровия. Подтвердились слова Феолы, что основной минус сборной Бразилии — отсутствие хороших игроков середины поля: ни Герсон, ни Диас не оказались способными полноценно заменить Диди и Зито.
«Это была война нервов, победа тактики, построенной на негативном разрушительном футболе»,— таково мнение обозревателей, явно сочувствовавших бразильцам. В пылу увлечения эти обозреватели как-то не заметили, что «негативисты» и «разрушители» забили три гола, что вряд ли возможно без созидательной игры: ведь три гола, да еще в ворота лучшей команды мира, случайно не забивают.
Мы убеждены, что чистая персональная опека и глубоко эшелонированная оборона типа «бетона», как основной метод ведения игры, не являются прогрессивными и вряд ли выдержат испытание временем. Персональная опека погибает, вызывая рост индивидуального мастерства форвардов и повышение уровня коллективных действий. Недаром в свое время Пеле заявил, что ему нравится играть против персонального опекуна. Правда, в лице Мессиано он встретил мастера опеки, но только потому, что не нашел выхода из положения, который следовало искать в помощи партнеров. У него не хватило терпения и выдержки, какой, скажем, обладает Хамрин, умеющий в условиях весьма жесткой итальянской обороны забивать в каждом матче «свой» гол. Но в данном матче сюрприз, преподнесенный аргентинцами, себя полностью оправдал. Они нашли тактический рецепт игры с противником, которого не могли обыграть обычными средствами. Более того, они четко осуществили свой план, проявили высокую игровую дисциплину. Вот этого-то раньше за ними не наблюдалось.
Кто же играл в этом матче? Сборная Бразилии: Жильмар; Карлос Альберто Брито, Жоэль и Рилдо; Диас и Герсон; Жулиньо, Вава, Пеле и Ринальдо. Сборная Аргентины: Карризо; Симеоне, Дельгадо, Виетитес и Раттин; Рендо и Варака; Онега, Порспетти, Рохас и Мессиано (Телч). В составе бразильцев четыре ветерана: Жильмар, Жулиньо, Вава и Пеле. Голы у аргентинцев забили: Онега (42-я минута) и Телч (63 и 90-я минуты).
А как аргентинцы выиграли (впервые в истории) у сборной Англии? Аргентинские обозреватели утверждают, что их футболисты переиграли англичан тактически и технически. Это похоже на истину. Хорошо владея мячом, аргентинцы вели игру в очень медленном темпе, лишив англичан их главных козырей: быстрых комбинаций, натиска и частого обстрела ворот. Они диктовали игру. Жак Ферран называет этот матч «снотворным». Но аргентинцы добились своего, определив правильную тактику игры данном матче и осуществив ее.
Тактика — вот что решило исход Бразильского турнира. Не тактическая схема расположения игроков, которой порой придают слишком большое значение, забывая, что расположение футболистов — лишь форма, только в главных чертах определяющая содержание игры! А тактика, живая, гибкая, конкретная, способная меняться от матча к матчу и построенная на учете всех факторов — психологических, технических, личных особенностей соперников, их физической подготовленности. Нетрудно заметить, что аргентинцы во всех матчах турнира добились психологического преимущества, выбив соперников из равновесия.
Побывавшие в Бразилии европейские журналисты не скрывают разочарования от турнира. Действительно, бразильские матчи оставили неблагоприятное впечатление у людей, привыкших к футбольным «фестивалям» прошлых лет. Но они, как нам кажется, обещают сделать футбол глубже, многостороннее, интереснее. Футбол ведь развивается не по прямой. Аргентинский «зигзаг» — явление, видимо, временное, но заслуживающее внимания. Ведь здесь, может быть, впервые за последние два года проявились признаки новых веяний в мировом футболе.
Гневные филиппики, предающие анафеме «коварных» аргентинцев за то, что они лишают футбол его привычной красоты и весь свой талант направляют на то, чтобы не дать соперникам проявить свой талант, вряд ли серьезны. В сущности говоря, перед нами картина, знакомая по многим матчам, в частности, по финальному матчу Кубка европейских чемпионов между «Интернационале» и «Реал-Мадридом». И в Сан-Пауло и в Вене победители применили все средства, чтобы лишить своих прославленных соперников их главных козырей. В результате был нанесен удар привычным эстетическим канонам, которыми обычно руководствуются в футбольных оценках. Красивый футбол перестает приносить победы. С этим нельзя не считаться. Но футбол идет вперед, приобретает новые черты, рождает новые эстетические нормы.