Татьяна Зеленцова

Больше всего на свете Таня Зеленцова любила легкую атлетику.
—       Я буду чемпионкой мира, нет, рекордсменкой — это почетнее,— решила она еще в школе.
Об этом знал весь класс, потом вся группа в институте. Слышали эти заявления и позднее, в различных спортивных инстанциях.
Таня часами не расставалась со стадионом. Она бегала снова и снова — на выносливость, с ускорениями, на выносливость. Ее уважали, ей удивлялись. Она успела заработать звание мастера спорта в восьми видах легкой атлетики, но в своем любимом виде — беге на 400 метров с барьерами — выше этого норматива не поднималась.
Ее утешали тем, что трудолюбие не всегда может заменить отсутствие таланта. Мол, таких примеров в спорте сколько угодно. Пора привыкнуть к этому и смириться. Зеленцова вдаваться не собиралась.
Она ждала, верила, тренировалась. Вставала в шесть и шла на стадион. Тренировалась два часа. Потом — на лекции в институт. Потом — опять на тренировку. И так — сегодня, завтра, Послезавтра. Месяцы, годы. Без каникул. Без выходных. Без прогулок теплыми вечерами. Без дискотек. Без слушанья соловья и прочей романтики. Годы, годы. Пять, десять, пятнадцать...
А автобус с надписью «Сборная СССР» уезжает опять без нее. Она машет ему рукой и быстро отворачивается. Никто не видел ее слез. Ни там, у автобуса. Ни дома, где, дождавшись, пока рее уснут, она рыдала горько и безутешно. А утро"м снова подъем в шесть И снова —стадион.
Легко ли быть рыцарем? Без страха, что пройдет еще столько же лет, а вам так и придется уйти, не дождавшись исполнения главной мечты. Без упрека этим годам, потому что путь-то вы выбирали сами. С сердцем, открытым для добра. С чувством, что жизнь продолжается и как-то нужно в ней устраиваться. Без стадиона, без беговой дорожки, в нормальной человеческой жизни.
...Тане советовали друзья, тренеры, по-доброму, по-хорошему советовали, без обычных в таких случаях жалобных слов: «Оставь свои мечты, Таня. Будешь сама тренировать. И кто-то из твоих учениц сможет дойти до конца». Но она твердила одно: «Я же чувствую, что сама могу».
Потом Зеленцова вышла замуж, родила прелестную дочурку и все решили, что теперь-то точно уйдет. Не тут-то было. На стадион Зеленцова приходила с коляской и продолжала тренировки.
В 1977 году она приехала на международные соревнования на приз газеты «Правда». Четыреста метров с барьерами пробежала плохо. Вечером просматривала видеозапись забега, не понимая, в чем же дело. Подошел тренер из Минска Анатолий Иванович Юлин. Сказал: «Что же это вы с таким опытом, такая сильная, а бежать не можете!» Зеленцова ухватилась за его слова, как за спасательный круг: «А вы научите».
Он долго объяснял, что ему не нравится в Таниной технике, что нельзя бросаться со старта, что к последнему барьеру она затухает, как свеча. Что нужно научиться распределять одинаковое количество шагов между всеми барьерами. А уж потом потихоньку прибавлять скорость на каждом отрезке.
Зеленцовой терять было нечего. Она начала осваивать новую технику. Шел ей тогда двадцать девятый год. Она переписывалась с Юлиным. Писала, как идут дела на тренировке, чертила графики. Юлин подробно их корректировал.
Таня чувствовала, что результат уже рядом и мировой рекорд — не за горами. Но ей говорили: «Старая песня. Сколько лет одно и то же. Придумала бы что-нибудь поновее».
Но вот пришел и ее, Татьянин день.
В Подольске был традиционный День метателя. В перерывах между этими соревнованиями устраивались забеги для членов сборной команды России. Вот на эти соревнования и приехала Зеленцова устанавливать мировой рекорд. Она с утра сияла, пела, всем улыбалась, ела шоколадные конфеты. Кто-то сказал, что не надо бы ей перед соревнованиями есть столько шоколада, а она смеялась: «Мне ничто не может помешать». За спиной Зеленцовой кто-то шептал: «Совсем помешалась старушка». Она краем уха улавливала этот шепот, но не реагировала. В этот день Таня всех прощала, была ласкова и добра. Ведь она шла, вернее бежала, на мировой рекорд.
Объявили, наконец, и их забег. Все рванули со старта. Зеленцова старых ошибок не повторяла. Было точно вымеряно количество шагов между барьерами — 17, она отсчитывала их, больше ни о чем не думала. Уже на четвертом барьере перед ней не маячило ни одной спины. Пробежав дистанцию, Зеленцова даже не запыхалась. Так легко ей еще никогда не бегалось. Ждала объявления результата. Диктор долго молчал. Потом Таня узнала, что ее результат обсуждался всей судейской коллегией. Наконец в микрофон объявили: «С новым мировым рекордом победила Татьяна Зеленцова».
Она ушла плакать в лес. Плакала о том, что так легко победила, о своих трудных годах, о том, что мечта, наконец, достигнута...