Знакомство с Карпычем

В Витином подъезде жил старый спортсмен, инженер Василий Карпович. Собственно говоря, спортсменом он уже давно не был, но при своих немалых годах сохранил юношескую осанку и быструю походку. Говорили, что Василий Карпович, или попросту Карпыч, по воскресеньям в любую погоду бегал в Сокольниках кроссы, а зимой его можно было часто встретить с лыжами или коньками в руках. Ребята видели, как он в парке играл с молодежью в настольный теннис, и не переставали удивляться его ловкости и сильным, точным ударам.
Витя и Слава то и дело сталкивались с Карпычем на улице или в подъезде, с уважением и завистью поглядывали на почетный спортивный значок на его пиджаке, но заговорить с ним не решались. Слишком уж сердито, как им казалось, смотрел Карпыч из-под своих поседевших густых бровей.
Но, видимо, ото только казалось, потому что Карпыч первый заговорил с ребятами, когда они жадно следили в парке за игрой в настольный теннис.
— Что, гвардейцы, нравится пинг-понг? (Так Карпыч назвал настольный теннис.)
—       Да мы и сами в него играем,— независимо отозвался Витя.
—       Правильно делаете,— дружелюбно сказал Карпыч.— Только не увлекайтесь одним пинг-понгом. Находите время бегать, плавать, играть в футбол. Тогда на долгие годы сохраните свою силу и здоровье.
Как-то раз Витя и Слава встретили Карпыча около дома.
—       А, гвардейцы! — приветливо окликнул их старик.— Идемте-ка ко мне. Я вам кое-что расскажу и покажу.
На стене в комнате Карпыча висели старые фотографии. На одной из них худощавый юноша в белой майке и трусах обгонял троих бегунов. В его энергичном лице можно было угадать черты Карпыча.
—       Это вы, Василий Карпович? — почтительно спросил Слава.
—       Да. Давно это было,— задумчиво сказал Карпыч,— я тогда был чемпионом Москвы в беге на короткие дистанции.
—       А мы думали, что вы пингпонгист,— сказал Витя.
—       Мы в те времена занимались почти всеми видами спорта. И пинг-понгом, конечно, тоже. Помню, году в двадцать седьмом возникла настоящая «эпидемия» пинг-понга. Играли все — и такие сорванцы, как вы, и молодежь, и взрослые, и такие, как теперь я, ваш покорный слуга. Мне эта игра далась сравнительно легко: я до пинг-понга неплохо играл в теннис.
—       А когда вообще возник настольный теннис? — с любопытством спросил Слава.
—       Ну что же, если вам интересно,— сказал Карпыч,— я вам немного расскажу -об истории пинг-понга.
Еще в начале прошлого века кому-то пришла в голову идея, что можно устроить дома миниатюрный теннисный корт на столе. Это позволяло играть зимой, да и летом, если на воздухе не было слишком большой площадки. Новая игра сильно напоминала нынешний настольный теннис, а к началу нашего столетия приобрела уже почти совсем современный вид.
Карпыч пошел к этажерке и достал какие-то старые потрепанные листы. Это было литературное приложение к русскому журналу «Нива». На обложке стояла дата: «1900 год». Карпыч полистал страницы, и ребята увидели любопытный рисунок, сделанный наподобие фотографии. Сомнений не было — рисунок изображал игру в настольный теннис. Вокруг большого стола, стоявшего на толстых резных ножках, толпились зрители. У противоположных сторон стола находились молодой человек с усиками и девушка в пышном платье до самого пола. В руках партнеры держали ракетки, девушка широким замахом отбивала мячик. Можно было даже подумать, что игра происходит в наши дни. Лишь сильно пожелтевшие страницы журнала, несовременная одежда игроков и зрителей да несколько необычные ракетки (они были слишком длинные, с натянутыми, как на теннисных ракетках, струнами) говорили об обратном.
Карпыч, довольный произведенным впечатлением, продолжал свой рассказ:
—       Мячи раньше были резиновые. Ими играли вплоть до первой мировой войны.
—       А мы со Славкой тоже долго играли резиновым мячиком,— не удержавшись, перебил Витя.
—       Ну так вот,— сказал Карпыч,— в двадцатых годах появился целлулоидный мяч, и играть стало значительно интересней. Ракетки уменьшились в размерах и стали без струн. Спортсмены пришли к выводу, что ракетки лучше делать из фанеры.
Тем временем пинг-понг развивался и в других странах. Кстати сказать, его название возникло в Англии. Оно никак не переводится. Это просто звуковое подражание ударам мячика: «пинг-понг, пинг-понг».
Кроме Европы, играть стали в Азии, Америке и даже в Австралии. А в двадцать шестом году была создана Международная федерация настольного тенниса.
Когда, как я вам говорил, возникла настоящая пинг-понговая «эпидемия», у нас в стране стали проводиться и крупные соревнования. Появились первые чемпионы Москвы, Ленинграда и других городов.
А через несколько лет «эпидемия» постепенно схлынула. В тридцать втором году состоялось очередное командное первенство Москвы, после которого никаких официальных соревнований долгие годы не проводилось. А первенство страны в то время вообще ни разу не разыгрывалось.
Но настоящие энтузиасты пинг-понга не бросали ракеток. Они играли везде, где только могли. Летом их излюбленным местом были площадки в Центральном парке культуры. Частенько туда ходил и я.
Надо вам сказать, что раньше мы вели счет в пинг-понге по правилам тенниса. Это значит, что каждая партия кончалась при счете 6:0, 6:1, 6:2, 6:3, 6:4 или 7:5, 8:6, 9:7 и так далее. Но каждое очко разыгрывалось минимум после четырех подач подряд одного из игроков. Я не буду вдаваться в подробности этой системы. Если вы еще с ней не знакомы, этому придет свой черед. Замечу лишь, что теннисная система игры, как правило, более затяжная по времени.
После войны, ребята, пинг-понг у нас в стране как бы родился заново. Уже осенью сорок пятого года возобновилось первенство Москвы, в котором приняли участие опытные мастера с довоенным стажем. А в сорок восьмом году были введены новые правила соревнований. Они касались и ведения счета, и некоторых других деталей. Эти правила почти без изменений действуют и по сей день.
На следующий год пинг-понг, или, как теперь его официально называют, настольный теннис, был включен во Всесоюзную классификацию. Это означало, что пингпонгисты получили возможность, как и другие спортсмены, завоевывать себе звание мастера спорта, первый, второй и третий разряды. Проще говоря, пинг-понг стал полноправным видом спорта — таким же, как все остальные.
Но я вам, ребята, должен тут еще раз сказать, что сам по себе пинг-понг не может дать полноценного физического развития. Все же если вы и играете в него для развлечения, он вам почти наверняка привьет вкус к другим видам спорта, вызовет потребность развивать силу, ловкость, быстроту, выносливость. Если же вы собираетесь стать настоящими мастерами пинг-понга, то тоже должны твердо помнить, что для этого надо обязательно заниматься и другими видами спорта.
Карпыч спросил у ребят, не скучно ли им, и, получив отрицательный ответ, продолжал:
—       В пятидесятом году была создана Всесоюзная секция настольного тенниса. Теперь она называется федерацией. В том же году в Москве был впервые проведен всесоюзный турнир, в котором участвовало 12 мужчин и 8 женщин. А спустя год состоялся первый официальный чемпионат СССР. В нем играло уже 64 мужчины и 32 женщины.
Настала пора попробовать свои силы в игре с зарубежными пингпонгистами. И вот в пятьдесят четвертом году наши спортсмены провели первую международную товарищескую встречу с командой ГДР.
На Спортивных играх во время Московского фестиваля молодежи в 1957 году проходил и крупный турнир по настольному теннису. Кроме советских спортсменов, в нем участвовали игроки многих стран Европы, Азии, Африки и Австралии. Получив это «боевое крещение», наши мастера стали выступать в первенствах Европы, а с шестьдесят первого года и в первенствах мира.
Эти выступления приносили нам и радости, но чаще, пожалуй, огорчения. Особенно на первенстве мира 1963 года в Праге. Причин тут, ребята, немало. Но главное, конечно, состоит в том, что многие спортсмены других стран играют сейчас лучше нас.
—       Я думаю, — лукаво сказал Карпыч, — что, если вы всерьез займетесь пинг-понгом и постепенно учтете все ошибки предыдущих поколений, будут и у нас первые места на чемпионатах мира.